МЕДИЦИНСКОЕ ОБОРУДОВАНИЕ

Медицинский ЮМОР

Хирург: «Вот было позорище, когда я после работы (15 гинекологических УЗИ) зашла в магазин и строго спросила у продавщицы: «Когда последние месячные?» А она сначала быстро и четко ответила: «29 мая», а потом спросила робко: «А вам зачем?»

Невролог: «После покупок в супермаркете расписался на чеке и поставил свою печать! Кассирша охренела!»

Врач общей практики: «А я, возвращаясь домой после кучи вызовов, на вопрос мужа по домофону «Кто?» ответила: «Врач».

Онколог: «Как-то вышла из кабинета, и на монитор моего компьютера коллега прикрепила приглашение на конференцию. 15 минут я пыталась закрыть его мышкой, чуть не вызвала службу технической поддержки по поводу коварного вируса. Потом бумажка не выдержала и отвалилась…»

Врач-кардиорадиолог: «Звонок на мобильный вечером, я беру и отвечаю: „Радиология“, а там мама мне отвечает: „Педиатрия на проводе“ (мама у меня педиатр)».

Отоларинголог: «Забавно было, когда забыла снять лобный рефлектор и так поехала домой.
Поняла не сразу, почему на меня люди на остановке косились. Опа! — звезда во лбу».

Психиатр: «Я, отработав последний день, так долго пробовал открыть чужую машину, что вышел хозяин, радостно предложив поменяться авто, коли уж его старая «десятка» мне глянулась».

Ортодонт: «А после 3 дней подряд 12-часовой работы — звонить по телевизионному пульту не пробовали? Причем с полным набором номера, прикладыванием к уху и нетерпеливым ожиданием звука вызова…»

Мануальный терапевт: «И мне пора в отпуск… Сегодня, садясь в такси, вместо названия улицы я сказала таксисту: «На кушетку, пожалуйста».===

Эту истори получил по интернету от коллег (врач скорой помощи), потому передаю ее на ваш суд «без купюр». Итак, приехали к пациенту. Явно алкогольная интоксикация, причем весьма изрядная — мужик почти трупом лежит. Откачиваем его как положено. Я решила выяснить чем это он так набрался. Поблизости не нашла ни бутылок пустых водочных, ни емкостей из-под всяких очистителей или денатуратов, как в таких случаях бывает. А надо сказать от клиента запах шел, как после взрыва на парфюмерной фабрике. Вдруг вижу на столе стоит флакон из-под какого-то парфюма. А флакончик был, надо заметить, какой-то то ли выставочный, то ли рекламный образец. Ну, может видели бутылки шампанского двухведерные? Вот и это того же типоразмера. Подошла понюхала мужика, потом отворачиваю крышку флакона — один и тот же запах.
В этот момент слышу удивленные вскрики коллег по бригаде, которые все это время мужика откачивали. Мужик, который еще минуту назад был а ля труп, вдруг приподнялся, смотрит на меня глазами размером в шесть копеек и выдыхает:
— А у нее что — крышка отворачивается?! А я!… три часа подряд!… себе в рот из нее!… Пшикал!!!
В следующую минуту возник вопрос — а не вызывать ли еще одну бригаду реанимации, но уже для нас.

Истории от хирургов. Поступила к ним бабушка с болями в животе и жалобами, что в туалет «по-большому» пару дней не ходила. Положили ее в палату, разобрались, что ничего страшного нет и сие банальный запор. Врач назначил лечение, в том числе и слабительное ввиде свечки (ректальной) и сказал медсестре чтобы она все выдала без промедлений. Медсестрица вручила ей слабительное со словами:»Бабуленька, вставь свечку в задний проход и все у тебя пройдет» На том и порешили. И вот наступил вечер и доктор решил посетить свою пациентку и открыв дверь в шестиместную палату он увидел такую картину. Лежит бабушка попой вверх, а из заднего прохода торчит ….церковная свечка, которую видимо недавно зажгли…При ентом все закончилось хорошо:-)))
*****************************************************************
А вот совсем короткая…Заболел человек с фамилией Трупп (довольно жизнеутверждающая, как видите) и попал он в некую больничку. Поднимают его в отделение и медсестра громко так кричит сестре в отделении: «Машааааааа, в какую палату Трупп класть?» Что тут началось вы просто не представляете….. Но дежурный врач долго и грязно ругался, потому что пришлось возвращать к жизни впечатлительных пациентов, а их оказалось немало.
*****************************************************************
Итак, был как то направлен один мужичок, довольно внушительных габаритов для проведения гастроскопии (думаю все язвенники знают, что енто за процедура не из приятных, а тем кто не в курсе скажу, что это такая оптическая система при помощи которой врачи заглядывают в ваш желудок и луковицу 12-ти перстной кишки, трубка глотается через рот, проходит в пищевод, а затем и туда куда собственно и надо заглянуть). Но к его огорчению аппарат был сломан, а запасного не нашлось. Но так как мужчина ехал издалека, то он требовал чтобы ему провели эту процедуру и не воспринимал никаких возражений. Врач тут вспомнил, что у него был еще новехонький (не бывший не разу в использовании) колоноскоп (но им осматривают ЖКТ уже не через рот, а заглядывают уже через прямую кишку), сие и было предложено мужчине. И получив согласие начали диагностическую процедуру. Но тут произошло некое неожиданное, организм мужчины не желал инородного предмета в организме, а потому была попросту перекушена трубка и не спасли никакие фиксирующие приспособления. Конечно всех это повергло в ужас…Но это еще не конец, был вызван специалист из фирмы, которая произвела сей чудесный прибор и каково его было удивление, что колоноскоп был перекушен. Он так и не смог понять этого, ведь ему не объяснили, что в нашей стране очень изобретательные люди:-)))
***********************************************************
Рассказала фельдшер «Скорой». 3 часа ночи, темный грязный подъезд, она звонит в дверь. В руках чемодан, в голове сонное царство, голова бессильно опущена, взгляд направлен в сторону ботинок, однако в подъезде так темно, что их не видно. Открывается дверь, на ботинки падает полоска света, она видит ноги открывающего, а там… Из штанины торчит волосатое раздвоенное копыто. Она застыла и боится поднять голову — что она там увидит. Оказалось, что это такой протез. Протезист с юмором был. А ее потом два дня трясло.
————————————————————————————
Вызов номер Раз.

Повод: «Лежит», за этим термином может скрываться многое, но мы то с вами знаем, что в большинстве случаев ждет нас по прибытию на место вызова.
— Э-э-э мужик, а ну вставай – я еще раз тряханул тело за воротник.
— Пшшшел ты…
— На внешние раздражители реагирует – сказал я напарнице не пожелавшей дышать морозом утреннего воздуха и сидящей в кабине ГАЗели.
Мужичек в распахнутом настежь синтепоновом пуховике ворочался и пытался червячных ходом уползти от осмотра, но осмотр не отставал. Рискуя нахватать на себя педикулез, пришлось стянуть с него шапку, осмотреть лысеющую голову на предмет гематом и заглянуть в его бессовестные глаза. Все в порядке, признаков ЧМТ не было, пошарив по карманам и не найдя ни каких следов документов с пропиской пришлось браться за последний козырь – нашатырь.
— Где живешь? – сунул я смоченную ватку под нос. В ответ мне только нечленораздельные маты и пожелания уйти далеко и надолго.
— Говори, где живешь, мы тебя довезем. В этот раз тело вспомнило мою мать, радостно икнуло, распустило сопли и удивленно вылупилось на меня:
— Что, правда, довезете?
— Правда, правда.
И я ведь не соврал, по указке свыше в приемное отделение среднюю степень опьянения возить не положено, менты приехав пробьют его по базе, пожмут плечами и развернуться, а оставлять человека на месте нельзя, Сибирь шуток не понимает. Поэтому и работаем для таких, как социальное такси. И только в крайних случаях, когда из особо крепкого орешка не получается вытянуть адрес дописываем в сопроводительном листе «Общее переохлаждение» и морально готовясь едем в приемный покой, зная, что через час все еще пьяный организм выдворенный медсестрами и дежурным врачом на улицу будет шататься по территории.
С помощью какой – то матери и моей не такой уж крепкой руки тело грузится в салон газели и укладывается на резиновый коврик между креслом, предварительно выпытанный адрес бережно записывается на пачке сигарет и мы трогаемся. Я выкручиваю мощность печки на минимум, не из садистских побуждений конечно, просто проспиртованное тело, попадая с мороза в теплый салон, имеет свойство начинать справлять различные физиологические надобности прямо под себя.
Квартира по названному адресу конечно же находится в старой пятиэтажке без лифта на самом верху, закон подлости или как его называют в пендостане закон Мёрфи работает.
Пьяное тело затаскивается на пятый этаж и сдается в руки не дружелюбно настроенной жене.

Вызов номер Два.

В этот раз нас вызывают на себя представители порядка, молодая девушка лежит в подъезде в луже собственной мочи и нечленораздельно объясняет ментам, что они из себя представляют, сотрудники, поставленные перед фактом даже не спорят, а со спокойной совестью передают нам в руки юную сквернословку. Беглый осмотр: голова, зрачки, давление и все это под не прекращающийся мат и вялые попытками разодрать мне лицо грязными ногтями. Показаний для экстренной помощи нет, и не было, можно было бы оставить сие тело в теплом подъезде досыпать свои сны, но сердобольные жильцы ведь опять вызовут, да и рука уже давно нащупала во внутреннем кармане паспорт и ключи. Паспорт гордо синеет пропиской в городском гетто и парой масляных пятен, придется доставлять.
По адресу прописки нас встречает ободранная деревянная дверь, сонная пациентка слегка протестует, когда моя рука ныряет в ее карман и выуживает оттуда ключи. Я открываю дверь, и мы с напарницей втаскиваем клиентку в квартиру. Жилье встречает нас темнотой, запахом перегара и богатырским храпом. Мы стоим посреди коридора, стараясь сориентироваться в горах хлама и, наконец – то найти выключатель. Тем временем лицо моей напарницы, освещенное неверным светом луны, искажается гримасой ужаса, а за моей спиной раздается зловещий цокот когтей по линолеуму.
Громогласный «гав» срабатывает для меня, как стартовый пистолет для спринтера, я выпускаю пьяное тело из рук, хватаю свою коллегу и, не помня себя, выбегаю в подъезд. Бежали мы, как зебры галопом перемахивая лестничные пролеты в два шага, а за спиной все стучали когти. Выскочив из подъезда, мы тут же ныряем в так удачно не закрытую дверь газели, а водитель резко жмет на газ. Краем глаза я замечаю выбежавшую из подъезда здоровенную немецкую овчарку.

Вызов номер Три.

Вызов поступил от взволнованной матери из ее сбивчивого рассказа стало ясно, что не так давно закодированный сын сорвался и начал опять пить, а через несколько дней беспробудного пьянства он начал видеть, то чего нет и вести себя крайне не адекватно.
Входя в квартиру, я опасливо озираюсь, от подобного контингента можно ожидать многого. Мое внимание привлекает шум исходящий из ванны, заглянув туда я, обнаруживаю молодого парня с нехорошим блеском в глазах увлеченно обдирающего кафельную плитку голыми руками.
— Привет, что случилось?
— Обокрали, да еще чертей в квартиру подселили. Вот борюсь! – удивленно вылупился на меня парень.
— А ну тогда понятно, пойдем, покажешь, что и где пропало – я по дружески обнял его за плечи и стал выводить из ванны.
Сначала он завел меня на кухню, но я, заприметив на кухонном столе топор, нож и здоровенный молоток поспешил вывести его в зал.
— Ну, брат все понятно, обнесли тебе хату по полной. Давай уж померим давление, раз я приехал.
Парень еще не до конца, понимая, что происходит, покорно протянул руку, а я шустро натянул на нее манжету тонометра, приложил фонендоскоп. Сначала я накачал манжету и сделал задумчивый вид, а потом театрально округлил глаза и многозначительно хмыкнул.
— Что доктор? – взволнованно поинтересовался пациент.
— Высокое у тебя давление, надо бы укольчик сделать, а то скоро может инсульт бахнуть. Видел, когда- нибудь молодых инвалидов?
Он отрицательно покачал головой.
Через минуту я уже сижу на вене и медленно вливаю в нее коктейль из транквилизатора и нейролептика. Ну, все теперь через пару минут наступит глубокий медикаментозный сон, а шансы довести пациента до психоневрологического диспансера без эксцессов, буянства и попыток к бегству почти стопроцентные. На всякий случай, перемерив давление уже спящему пациенту, я подзываю напарницу, стоящую за дверью и начинаю перегружать паренька на носилки.